frallik (frallik) wrote,
frallik
frallik

Ещё раз нашем скорбном фашизме

Оригинал взят у krylov в Ещё раз нашем скорбном "фашизме"

Самое забавное в нашем доморощённом «фашизме» - это его еврейское происхождение. Да-а, именно еврейское.

Большая часть людей, увлекавшихся «фашизмом», познакомились с ним по советской пропагандистской продукции. То есть по книжкам Юлиана Семёнова, по фильму «17 мгновений весны», по роммовскому «Обыкновенному фашизму» и так далее.

Но эти замечательные книжки и фильмы были написаны и сняты в основном евреями. Никем иным. Штирлица мы получили из рук Татьяны Моисеевны Лиозновой и Юлиана Семёновича Ляндреса, Михаил Ромм, ученик Эсфири Шуб, познакомил советского зрителя с настоящими трофейными плёнками. Анатолий Кузнецов, автор «Бабьего Яра», конечно, Анатолий, но портрет не оставляет сомнений, как и текст книги. Насчёт Алеся Адамовича «можно спорить», но «Хатынская повесть», по которой Элем Климов снял «Иди и смотри», вписывается в ту же традицию… При этом и большую часть «низовой» антифашистской продукции – включая брошюрки «Политиздата» - писалась тоже евреями.

Напрягшимся на тему антисемитизма товарищам напоминаю: нет, я не говорю, что это плохо, что евреям нельзя, что евреи плохие, что они что-то искажали и т.п. Я всего лишь констатирую факт: практически вся «нацистская» тема была отдана именно им. С точки зрения советской власти это было даже логично – кому, как не евреям, доверить тему. В конце концов, так сделали во всём мире, СССР был здесь вполне в русле тенденции. Например, дико популярная и на Западе, и у нас книжка «Утро Магов», восхваляющая немецкие «тайные магические ордена», была написана не загадочным «Жаком Бержье», а вполне понятным Яковом Бергером из Одессы, вовремя перебравшимся в Париж.

Так вот. Все, кто влюбился в фашизм по агиткам, смотрели на него именно еврейскими глазами. А этот взгляд имеет свои особенности.

Например, еврейские авторы не любят писать о христианском измерении фашизма, а предпочитают подчёркивать его «языческие» и «оккультные» корни. Это связано с еврейским ощущением «язычества» как чего-то ужасно притягательного и смертельно опасного. Это отношение передалось и большинству гитлерофилов. А что на пряжках немецких солдат было написано Gott mit uns, наши любители фашизма как бы знают, но что это за Gott – как-то не особенно задумываются.

То, что это не «Вотан», а вполне себе «Боженька», как-то проходит мимо внимания. Как и тот факт, что Гитлер никогда не был отлучён от Вселенской Церкви – хотя пропагандистское действие такого отлучения трудно переоценить… Но это сложная и интересная тема обычно проходит мимо сознания: упоённые сказками Якова Михайловича новообращённые «фашисты» торопятся увлечься оккультизмом, рунами и прочей эстетикой, которую Гитлер котировал в основном по эстетическим соображениям – ну, как христианские государи украшали свои парки античными статуями. Всерьёз это никто не принимал. Чего уж там: в «оккультно-нацистской» Германии даже кино про древних германцев не снимали, хотя казалось бы, все возможности.

Отсюда, кстати, растут ноги у непонимания сути нацистской пропаганды. Евреи придумали «страшного Геббельса», который якобы изобрёл какую-то жуткую систему тотальной пропаганды. Если же послушать и почитать все эти знаменитые тексты, становится совершенно ясно, что это проповеди, и что вся «геббельсовщина» есть самое обычное перенесение церковной (насколько я понимаю, католической) проповеднической традиции на политику. Например, геббельсовские «темники» (рассылка пропагандистам основных тем для освещения, с указанием того, какие чувства должно вызывать сообщение, список запретных тем и пр.) для любого церковного проповедника, вынужденного приурочивать проповеди как к текущим событиям, так и к церковному календарю – вещь совершенно понятная.

То же самое касается других «геббельсовских штучек», включая самую неудачную – чрезмерную рациональность геббельсовской пропаганды, её упор на внушение через слова и даже использование сложной аргументации, а главное – системность и непротиворечивость, что делало её крайне неэффективной за пределами Германии. Единственным сильным моментом в нацистской пропаганде было то, что в ней было очень много очевидной правды.

(Из чего, добавлю, не следует, что нацисты были хорошими людьми: правду говорить можно с разными целями). Однако признавать именно этот момент евреям по понятным причинам не хочется и даже «не можется», и они создали миф о Геббельсе-супергипнотизёре и невероятно виртуозном манипуляторе. Более того, желающих «перегеббельсить Геббельса» не переводится. Смешно, но этим желанием в конце концов заразилась и сама советская пропагандистская машина, отчего и превратилась в посмешище.

Или вот, кстати, «тема эстетическая». Евреи несколько зациклены на эстетике, потому что у них проблемы с хорошими манерам и внешностью. То есть проблемы на самом деле нет: у евреев свои манеры и своя внешность, как и у всех народов, но они воспринимают за образец всего прекрасного не себя любимых, а европейцев. При этом предельным образцом для них является «британская невозмутимая элегантность». Надо сказать, что здесь они случайно совпали с «фашистскими» эстетическими пристрастиями – немцы тоже «красоты не имели» и завидовали нации снобов: все эти чёрные приталенные мундиры, руны и прочие прелести есть всего лишь попытка ввести британский вкус в масштабе государства, местами удачная. Но советскую пропаганду на этом месте буквально переклинило. В результате лиозновские эсэсовцы получились «сущими лордами» [1].

И так далее по всем кочкам, включая, разумеется, антисемитскую тему. О которой спецом говорить не давали (культ Холокоста во всей его красе был признан в СССР квазирелигией, конкурирующей с марксистско-ленинской, и в этом качестве не допускался), но в результате этой темой было пропитано буквально всё. Гитлер и его присные, если верить какому-нибудь Юлиану Семёнову, только и думали, что о евреях.

В общем, это я к чему. Для того, чтобы действительно что-то понять в фашистской идеологии и пропаганде, стоит для начала почитать сборник проповедей немецких пасторов. Чтобы проникнуться эстетикой чёрных мундиров, стильных наградных кортиков и зиг-рун, надо обратить внимание на влияние прарафаэлитов и кельтики на Вальтера Хека, и эстетики тренчкота – на разработки профессора Дибича (особенно на «английский» отложной воротник, открывающий грудь, в отличие от традиционно-немецкой модели с воротником-стойкой и пуговицами аж до кадыка).

Ну и не забывать о том, что череп – это вовсе не зловещий оккультный, а добропорядочный христианский символ, «Адамова голова», популярный в христианнейшей Пруссии, в том числе как элемент гусарской военной формы. А свастика – британский (точнее, британо-индийский) символ, перехват которого немцами англичане воспринимали особенно болезненно (даже Киплинг, бедный, который помещал свастику на обложки всех своих собраний сочинений, был вынужден её снять).

И это я вообще не затрагивал скучные политические и экономические темы, которые поклонникам нацизма обычно малоинтересны. Хотя в них-то вся соль. Но у Якова Михайловича Бержье про это не написано. Потому что.
[1] О британском происхождении расовой теории и её рецепции немцами я уже не говорю - об этом сейчас, кажется, не знает только ленивый.
ДОВЕСОК. Да, кстати, и сам термин "фашизм" применительно к "национал-социализму" - того же происхождения. Я об этом не пишу, потому что уважающие себя НС это уже выучили.

ДОВЕСОК 2. А вот чего я не знал - так это того, что "Майн Кампф" перевёл ни кто иной, как Радек (Карл Бернгардович Собельзон), и перевёл, надо сказать, весьма тенденциозно (о стилистике уже не говорим). "И последняя святыня осквернена", ага.
Tags: Крылов Константин, либеральное хомячьё, националисты, оранжевая активность
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments